На этом сайте вы можете:

Яндекс деньги WebMoney Оплата при помощи Qiwi

(Окончание статьи А. Авторханова о НТС)

 

 

Однако стратегическая мысль солидаристов находится в беспрерывных поисках наиболее оптимального решения проблемы революции, то есть такого решения, которое можно было бы назвать «мирной революцией». Солидаристы отводят все обвинения по их адресу, что они проповедуют народное кровопролитие.

В «Стратегических проблемах освободительной борьбы» (1972 г.) дано определение, о какой революции идет речь у российских солидаристов:

«Понятие „революция“ используется нашими противниками для обвинения нас в стремлении к террору, гражданской войне и пролитию крови. Это обвинение недобросовестно. Революция для нас отнюдь не самоцель и самоценность, но социологическое понятие, означающее радикльное изменение существующих общественных отношений; конкретно, полное и окончательное преодоление социализма того вида, в котором он построен Сталиным и поддерживается его наследниками. Понятие революции само по себе отнюдь не связано с насилием и кровопролитием. Открытия Коперника или Дарвина тоже справедливо называются „революционными“, и никто не думает о кровопролитии, говоря о промышленной и научно-технической революции. Христианство означало революцию, то есть коренной переворот в религиозных представлениях человечества. Введение демократии в политическую жизнь народов было революционным актом. Революционно все, что перестраивает существующее на новой основе, что изменяет не проявления, не поверхность, а принципиальный подход к бытию. Тот, кто считает бессмысленным вымаливание поблажек у олигархической диктатуры и понимает, что права и свободы не дают, а берут, в наших глазах — революционер».

Солидаристы предвидят, что смена режима может происходить в разных формах, при помощи разных методов, — мирных и немирных, — при участии разных социальных сил или даже в результате взаимодействия всех этих форм, методов и сил.

В «Программе Народно-Трудового Союза (российских солидаристов)» говорится, что революция в СССР может происходить в разных формах и на разных путях. Там сказано:

«Смена режима может быть осуществлена:

  • либо путем постоянной и повсеместной организованной борьбы за осуществление нарастающих требований народа, путем постепенного разрушения партийных монополий;
  • либо путем захвата власти, с целью проведения радикальных изменений режима, группой людей, занимающих ключевые позиции в партийно-государственном аппарате или в армии;
  • либо путем открытых столкновений народа с карательными органами власти, переходящих во всеобщее восстание;
  • либо, что вероятнее всего, в результате взаимодействий этих путей» (с. 134, 1975, «Посев»).

Даже интеллигентные советские люди оправдывают свою поддержку коммунистической диктатуры ссылкой на то, что они не знают другой, разумной альтернативы. На это российские солидаристы ответили подробнейшим образом разработанной политической, экономической, социальной и культурной программой. Изданная массовым тиражом в изданной выше книге «Программы» на 142 страницах, она уже нашла дорогу к советскому человеку.

С солидаристами можно и нужно спорить, но невозможно оспаривать, что солидаристы предложили стране свою развернутую альтернативу:

  1. почему и как надо ликвидировать советскую тиранию,
  2. как и на каких основах надо создавать новое, правовое государство.

Более того. В этой программе предложены и мероприятия, которые должны быть проведены в жизнь уже в «переходный период». Сюда входят:

  1. полное умиротворение страны и установление единого правопорядка;
  2. упразднение управительных органов на местах и создание системы местных самоуправлений;
  3. роспуск КПСС, запрещение деятельности всех ее учреждений, конфискация ее имуществ;
  4. ликвидация всех органов террора, предание суду персонально виновных в преступлениях против человечности, недопущение самосудов;
  5. освобождение всех политзаключенных;
  6. недопущение дискриминации по признаку прежнего состояния в КПСС;
  7. обеспечение условий для возникновения свободной печати, общественных объединений и политических организаций;
  8. переход всех земель и имуществ колхозов в руки самих крестьян;
  9. содействие развитию, наравне с государственным, общественного и частного секторов хозяйства;
  10. сохранение обороноспособности страны и неприкосновенности ее границ;
  11. вывод войск из оккупированных «братских стран», прекращение поддержки коммунистических режимов в других странах;
  12. подготовка и проведение свободных выборов во Всенародное учредительное собрание для выработки новой Конституции. На этих выборах НТС будет участвовать как одна из политических партий страны и отстаивать солидаристические принципы и мероприятия, изложенные в его Программе.

Встают еще два вопроса:

  1. Интересы какого социального класса или социальной группы представляют солидаристы, как политическая партия?
  2. К какому политическому спектру общественной конфигурации в смысле классического деления партий на правых, центристских и левых можно отнести НТС?

Ответ на первый вопрос вытекает уже из самого мировоззрения НТС — из философии солидаризма. В чем смысл философии солидаризма в общественных отношениях людей, дан ответ в самой Программе солидаристов: «Солидарность является основой общественного развития. Всякий перевес принципов борьбы над принципами солидарности неминуемо ведет к кризисам и потрясениям, разрушающим само общество. Подобно тому, как любовь, привязанность, симпатии, доброжелательство являются преобладающими, например, в семейных отношениях, так и нормальные стремления членов человеческого коллектива к товариществу, взаимопомощи и сотрудничеству, развиваясь до степени осознанной солидарности, становятся основными и преобладающими в общественных отношениях. Новый строй создается, поэтому, на основе развития и укрепления естественной человеческой солидарности… Не антагонистическая борьба классов и групп, а солидарность является основой общественного прогресса» (там же, сс. 39–40). Поэтому Программа солидаристов объявляет свободу не классовой категорией, как у большевиков, а универсальной ценностью всего общества.

«Свобода — необходимое условие развития личности и общества», — сказано в этой Программе. Поэтому НТС, в свете его программных документов, претендует на представительство не классовых и не групповых, а общенародных интересов. Этим по существу дан ответ и на второй вопрос, а именно — к какому политическому спектру отнести НТС? Выдающийся теоретик солидаристов по разработке стратегической мысли В. Д. Поремский писал по тому же вопросу еще в 1948 г.:

«Мы отличаемся от правых, реакционно-реставрационных, консервативных кругов тем, что мы являемся, по существу, течением прогрессивным, органически новаторским. Мы отличаемся от клерикалов отрицанием партийности Церкви и предпочтением духа форме. Мы отличаемся от либералистических направлений отрицанием мнимой спасительности неограниченной формальной свободы и стремлением наполнить свободу духом служения высшим ценностям и жаждой самосовершенствования; мы являемся, в известном смысле, „партией духовного возрождения“. Мы отличаемся от левых, социалистических течений тем, что отрицаем решительно, в корне, материалистическое мировоззрение, теорию классовой борьбы и классовой диктатуры и идеал мертвящего коллективизма. Кроме того, будучи сторонниками революционной борьбы с тоталитарной диктатурой, мы исповедуем на дальнейшее принцип органической эволюции и социальных реформ» («Дорогой друг» 7.XI.48).

В циркулярном письме НТС того же года эта мысль изложена следующими словами:

«Хотя солидаристическое движение являет собой нечто принципиально новое, выходящее за плоскость обычной политической шахматной доски, и является приемлемым для всех прогрессивных сил — будь то отошедшие от марксизма и материализма социалисты, будь то готовые склониться перед народной волей в выборе формы правления будущей России монархисты, — в эмигрантском политическом спектре наше место, скорее всего, между социалистами и либералами» («Дорогой друг» 18.1.48).

По национальному вопросу у солидаристов есть определенная эволюция, но они, видимо, здесь еще не сказали своего последнего слова, между тем в разработке революционной стратегии в таком многонациональном государстве, как СССР, характер постановки национальной проблемы будет играть выдающуюся роль в смысле притягивания или отталкивания нерусских народов в общем фронте борьбы против советской тирании. Это хорошо понимал такой демагог, как Ленин, когда он, планируя большевистский переворот, писал: «Ни один демократ не может отрицать также права Украины на свободное отделение от России» (Ленин, ПСС, т. 32, с. 351). В Программе НТС по национальному вопросу сказано: «Население нынешних союзных республик СССР, путем свободного волеизъявления (плебисцита), само решает, желает ли оно быть в составе России или предпочитает жить в отдельных государственных образованиях. Эти государственные образования, свободным решением, могут продолжать свой исторический путь совместно с Россией, на началах конфедерации. Таким образом открывается перспектива для превращения нынешнего насильственного сообщества Советского Союза в свободное содружество наций — Российский Союз» (сс. 72–73). Такая постановка вопроса для нерусских народов, по моему убеждению, неприемлема. Если солидаристы хотят завоевать доверие и поддержку у нерусских народов в борьбе против большевизма, то следует поставить национальный вопрос так, как ставит его мировая демократия: безусловное признание права нерусских народов СССР на полное национальное самоопределение вплоть до отделения от России. Путь к национальному единению лежит через национальное размежевание. Это и есть психологический итог кошмарной практики «ленинско-сталинской национальной политики» советской империи под эгидой «единого Союза».

Внешний мир заинтересован в сохранении в сохранении в России коммунизма по многим причинам, спас его от гибели дважды: во время гражданской войны, отказавшись поддержать Белое движение, и во время второй мировой войны, оказал Сталину безусловную и неограниченную военно-материальную помощь. Для очистки своей небезупречной политической совести военные союзники Сталина назвали тиранию Сталина новым типом «восточной демократии». Они же Ялтинской капитуляцией февраля 1945 г. открыли шлюзы коммунизму вовне, во все направления земного шара, в результате чего одна треть человечества в Европе и Азии оказалась под кровавым сапогом Сталина и его единомышленников. Остальное доделывают на наших глазах его наследники. Объективным союзником Сталина в трагедии народов СССР явился и Гитлер со своей тупоумной восточной политикой отождествления большевизма с русским народом, со своей каннибальской философией исторической приверженности русских к тирании и рабству (как будто все народы мира не проходили через рабство, феодализм и абсолютизм). Чем это кончилось, — известно. Нечто подобное происходит и сейчас: на Западе появились «эксперты» по русским делам, которые сегодня проповедуют то же самое, что проповедовал вчера Гитлер: русскому человеку нравится родиться рабом и рабом умереть! Это, мол, ему завещали татарские ханы и русские цари. Если случится война и данная философия новоявленных экспертов окажется официальной доктриной западного психологического ведения войны, то Запад должен знать, что он ее проиграет после первого же выстрела. Исторический опыт учит, что русских победить военной силой невозможно, но убедить их силой политической, — революцией, — вполне возможно. Другими словами, Россию победить может только Россия. Стратегия НТС исходит из этого — предложить своему народу убедительную альтернативу освобождения от тирании через революцию.

Я знаю, что слово «революция» пугает многих. Это потому, что не могут забыть звериный лик Октябрьской революции, в памяти встают кровавые сцены гражданской войны, пугает экстремизм в русском характере, боятся оглушительного взрыва всего этого накопившимся у народа в течение десятилетий произвола диктатуры. Опасаются того, что наблюдал монархист Шульгин в 1917 г.: «Зверь вышел из клетки, но увы, этот зверь был его Величество русский народ»!

Однако Россия теперь другая, — страна сплошной грамотности и тридцатимиллионной интеллигенции. Такая страна может выбрать путь «мирной революции», как его выбрали Греция, Испания, Португалия. Я, конечно, знаю, что СССР — явление уникальное, поэтому и масштабы нужны иные. Зато я знаю и другое: ни в одной стране диктатуры не была так велика жажда свободы, как в нынешнем СССР. Задача осуществления революции в том и заключается, чтобы перевести эту статическую энергию жажды свободы в динамическую энергию борьбы за свободу. Для этого существует тоже вернейший по форме легальный, а по существу революционный путь: организация всеобщего давления народа на тиранический режим. Один из мастеров польской августовской «мирной революции» 1980 г. Куронь сказал: «Даже глупейшее правительство в конце концов приходит к выводу, что невозможно управлять страной против воли всего народа». Героическая Польша подает пример. Народы СССР имеют все шансы доказать это. Советская тирания не падает только потому, что мы ее как следует не толкаем.

Так повторим же вместе с Ницше:

«Друзья мои, разве я жесток? — Я говорю только: „То, что падает, толкни!“».

А. АВТОРХАНОВ
Профессор, доктор политических наук.

Предметный указатель: 

Добавить комментарий

(If you're a human, don't change the following field)
Your first name.

Filtered HTML

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Для подтверждения того, что Вы не робот, пожалуйста, выполните простое задание:
CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые указаны на изображении.