[IX полоса] [НТС] [За Россию] [№ 335-336] [XI полоса]

ПОЧЕМУ ПРОВАЛИЛИСЬ РЕФОРМЫ?

После многозначительных признаний о провале российских реформ одного из их инициаторов Джефри Сакса теперь о том же заговорил куда более высокий мировой авторитет - вице-президент Всемирного банка Джон Стиглиц. Виднейший современный экономист, имя которого широко известно в академических кругах, выступил с сенсационным признанием провала российских реформ, проводившихся по рекомендациям МВФ и МБ. Причину он видит в “чрезмерном доверии к моделям экономики, почерпнутым из учебников, которые могут быть весьма успешны для обучения студентов, но на которые нельзя опираться при консультировании правительств, пытающихся воссоздать рыночную экономику”. Тем самым, хоть и с большим опозданием, но было признано, что списанная с западных учебников монетаристская модель рынка не подходила к российским условиям, а, следовательно, проводившийся в соответствии с ней “курс реформ” не мог привести к успеху.

Признание Стиглица привлекло повышенное внимание в виду его высокого положения. Поэтому президент Мирового банка Вульфенсон с помощью каких-то разъяснений поспешил его дезавуировать. Но это ничего не может изменить. О провале наших реформ давно говорят многие российские и зарубежные авторитеты. Напомню хотя бы о совместном заявлении ряда Нобелевских лауреатов по экономике и российских академиков два года назад, в котором содержалась негативная оценка их сути и последствий.

Такие оценки рыночной модели МВФ и основанных на ней рекомендаций “Вашингтонского консенсуса” по осуществлению рыночных реформ даются давно. Видный американский экономист Паул Кругман характеризовал этот консенсус как слепую веру в то, что объявление таких викторианских добродетелей, как либерализация торговли, приватизация государственных предприятий, сбалансированность бюджета и твердость валютного курса, якобы является достаточным для подъема экономики. В действительности ни либерализация, ни приватизация ничего подобного обеспечить не смогли. Бюджет остается фактически дефицитным, его сбалансированность достигается за счет сокращения расходов. Курс рубля по отношению к твердым валютам непрерывно падает, а положение России как мирового партнера слабеет.

Поэтому подлинный смысл рекомендованных Западом реформ в странах Центральной и Восточной Европы более верно раскрыл другой американский экономист Дж. Ангресано. Он писал, что “трансформационные цели, предпринятые в начале 90-х годов, базировались на защите западных интересов, заключенных в таких принципах неоклассической теории, как сохранение рынка для западных экспортеров, доступа к сырым материалам и усиление политического влияния в регионе.

До поры до времени такого рода оценки - а их число непрерывно растет - удавалось игнорировать. Но со временем это становится все труднее, ибо факты, цифры и события упрямо свидетельствуют о том, что экономическая ситуация постсоветской России стала катастрофической. Но виновные, конечно же, в этом не признаются. Они изображают себя большими католиками, чем папа, и пытаются спрятаться за догматами неоклассической теории. В центре российского монетаризма - Высшей школе экономики - Стиглицу был устроен форменный разнос: не разбирается, мол, в российских проблемах, а потому наше хорошее кажется ему дурным.

Такой способ самооправдания кажется удобным для ухода от ответственности за страдания, которые, преследуя собственные цели, зачинщики “реформ” обрушили на головы своих сограждан. Но это только хорошая мина при плохой игре. Мы имеем дело не со святой верой в рыночную теологию, а с нечто земным и далеко не бескорыстным. Если среди западных покровителей российских реформаторов, можно сказать, началось замешательство, то сами реформаторы напуганы возможными последствиями своих действий. На них накатывается опасный вал недовольства трудовых коллективов, в которых ширится протест по поводу характера приватизации их предприятий и произвола новых хозяев.

Чего ждать дальше

Ситуация в этом отношении, очевидно, будет ухудшаться, поскольку людям становится яснее, что они обмануты и ограблены. Им обещали улучшение через 6-8 месяцев, идет год за годом, а жизнь становится все хуже и хуже. Чтобы понять, почему это происходит и впереди ничего хорошего нас не ждет, достаточно взглянуть на два графика, помещенных в центре нашего повествования. В первом приведены основные показатели экономического роста за самое худшее шестилетие мирного развития СССР в канун его распада. Много критического можно сказать о том и предшествующем ему периоде. Но даже в худшие времена факт роста советской экономики отрицать невозможно. И не только. У нас еще был день получки, чего не стало теперь, - и получали-то зарплаты втрое, а пенсии почти в десять раз больше.

Теперь взгляните на другой график, рядом. В нем - те же показатели, но за шесть лет реформ. Они резко покатились вниз. Вот откуда наши беды. А обещали-то совсем другое. Инициаторы реформ во главе с Ельциным получили мандат на свои преобразования в ответ на твердые заверения, что избавят нас от советского застоя (диктата командной экономики) и буквально в течение 6-8 месяцев осчастливят ускоренным ростом экономики и народного благосостояния. Сухим языком неопровержимых данных график свидетельствует о том, что из этого вышло. Все сбылось с точностью до наоборот

Почему? Потому что власть имущие заботились не о благе народа, а о собственном обогащении. Перераспределение собственности было проведено в пользу узкого слоя криминальных пройдох, не способных ни на что другое, кроме грабежа богатств, созданных трудом и потом предыдущих поколений. Инициаторы “реформ”, как о том сообщает пресса, сами тоже не остались в стороне, схватили неплохой куш. А вот девять десятых российского населения обречены теперь влачить жалкое существование.

Заграница нам не поможет

Сказанное мною ни для кого не является секретом. Удары ожидающей нас судьбы мы почувствовали с первых шагов реформ, когда в одночасье потеряли свои скромные сбережения, цены резко поползли вверх, а реальный вес пенсий и зарплат - вниз. За первым разочарованием последовала цепь других, и с каждым днем спина все больше сгибалась под тяжестью того, что у нас называлось “курсом реформ”. Теперь после восьми лет хождений по мукам лишь хорошо нагревшие руки могут талдычить, что верной дорогой идем. Что же касается честных людей, способных видеть правду фактов и оценивать их смысл, то они не могут не признавать гибельность нашего пути. Это относится не только к россиянам, но и к иностранцам, в особенности к тем, кто хоть как-то разбирается в наших делах

Глубоко ошибочно считать, что за границей все одобряют проведенные у нас преобразования. Верно, правящие круги стран “большой семерки”, МВФ и Мирового банка одобряют рекомендованный ими “курс реформ” независимо от того, как его осуществление отражается на нашем положении. Плохо от этого “курса” нам, а им-то хорошо. Они эксплуатируют наши ресурсы, к ним утекают наши капиталы, они высасывают из нас оброк в форме грабительских процентов. Но это делают одни. Другие же, составляющие основную массу иностранцев, никакой выгоды от нашего ограбления не имеют. Более того, они за нас переживают и постоянно недоумевают: от чего это русские действуют во вред самим себе? Здесь не хватает места рассказать, как много раз меня пытались убедить в том, в чем я и так убежден: нам надо воспринять другую модель рынка и в соответствии с ней изменить курс своего развития. Не отказываться от рынка, не возвращаться назад, а как раз идти вперед, но не чужим, а своим путем, сочетая рынок со своей традицией ,в том числе и с использованием государственного планирования и регулирования.

С. Дзарасов

[IX полоса] [НТС] [За Россию] [№ 335-336] [XI полоса]